Rambler's Top100
2018-04-23
Татьяна_Вольнова

Татьяна_Вольнова. Улица Назукина 25. История первой любви. Часть 3

 3.

Прошло пятнадцать лет…

В те времена  письма в конвертах ещё приходили по почте  и оно выпало из почтового ящика белым голубком.

Знакомый почерк... не может быть...

Она открыла и прочла:

«Сегодня 9-я годовщина дня, когда я вас увидел в первый раз. Этот день был решающим в моей жизни.

Чем более я об этом думаю, тем более убеждаюсь, что моё существование неразрывно связано с вашим; я рождён, чтобы любить вас и следовать за вами — всякая другая забота с моей стороны — заблуждение или безрассудство; вдали от вас меня лишь грызёт мысль о счастье, которым я не сумел насытиться. Рано или поздно мне придётся всё бросить и пасть к вашим ногам. Среди моих мрачных сожалений меня прельщает и оживляет одна лишь мысль о том, что когда-нибудь у меня будет клочок земли в Крыму. Там смогу я совершать паломничества, бродить вокруг вашего дома, встречать вас, мельком вас видеть...»

Письмо Пушкина к Собаньской. Но почему, почему всё так близко, кажется, что он сам это написал?

Как узнал адрес, зачем? – вопросы, вопросы. Дома письмо было спрятано в надежное место, оно не было тайной перепиской, но несло в себе страшную возможность перемен. Потом пришло ещё два или три письма. В последнем он спрашивал прямо: - Когда? И где?

У Ростральных колонн! Ни секунды не раздумывала она. «Приди туда, где я ждала тебя в последний раз».

... Очки, плащ, чёрный берет художника – всё, как обычно. Молча обнял и сразу усадил в такси. Каким образом оно тут оказалось, девочка не поняла, как не понимала многое, что происходило в тот вечер.

Он зарылся лицом в волосы, едва они вошли в его опять холостяцкое жильё и тихо сказал:

-Твой запах, ты...

Где ты? Таллин? Как странно... Да, я один, развелся. Дочь. А у тебя?

Комната была совсем сиротской – диван, стол, холодильник. Говорили мало, только рук не отпускали. Зачем-то снимали книги с полки, что-то там читали, кружили по комнате, так и не присев.

Удивительное дело – оказывается, она помнила его руки так хорошо, что могла бы узнать их из тысячи. Знакомые пальцы, плечи, движение, которым он поправляет очки, всё, всё было до боли родным и знакомым.

Невидимая черта пролегала через всю комнату. Там, за чертой, темнел диван, подойти к которому было невозможно. «Как потом жить? Без тебя? Нет... нет...»

Нужно было вырваться из давящих стен и они решили поехать к давнему знакомому, другу юности Зольке, свидетелю их первой встречи в Ленинграде и даже приютившему девочку в первый вечер в своей квартире на набережной Невы, в доме политкаторжан.

Дверь открыл сам Золька. Андрея он не мог не узнать, они время от времени встречались, перезванивались.

Познакомь, - сказал он и протянул руку. Девочка молча улыбалась. Как, это ты? – отступил на шаг и уставился сначала на Андрея, потом на девочку.

Смеялись, вспоминая давние уже годы, пили чай, который успела накрыть дородная супруга Зольки. В кухню выехал на велосипеде мололетний отпрыск и завладел аудиторией на некоторое время, как все обласканные и избалованные дети.

Не пропадайте! – сказал Золька на прощание. Мы придём через 20 лет, - убеждённо ответил Андрей.

Она вздрогнула. Хождение по краю пропасти опасно для жизни. Понимая это, они не могли остаться вдвоём и рванули на концерт Ricchi e Poveri, куда угодно, лишь бы дальше от той черты, что разделила комнату на две части.

В метро он встал ступенькой ниже и все равно оказался выше ее.  Рассказывал о своей поездке в тундру, о горных породах, о студентах, которых ему теперь предстоит учить в институте. Она не слушала, только смотрела на него и молчала. Сейчас подойдёт таллинский поезд, она войдёт в вагон и снова они оба растают миражами – было или не было?

Поезд подали вовремя.

Пока. Не грусти.

Обнялись, подышали в шею друг другу, разомкнули руки.

Продолжение, часть 4

Начало

авторизация
регистрация
напомнить пароль
Выберите псевдоним для этого сайта.
войдите или зарегистрируйтесь для добавления темы
Copyright (c) 1998-2018 Женский журнал NewWoman.ru
Rating@Mail.ru