Rambler's Top100
2018-04-19
Татьяна_Вольнова

Татьяна_Вольнова. Улица Назукина 25. История первой любви. Часть 2

2.

Пришлось девочке ехать в Симферополь, сдавать десять экзаменов кряду,  среди них один был – украинская литература. Тарас Григорьевич, Леся Украинка  - что еще осталось в памяти с тех пор?

Надо было  работать и работа нашлась рядом с домом – библиотека на набережной. Даже дом обходить не надо, перелезла через забор и на работе!

Тогда она впервые держала в руках журнал Москва с «Мастером и Маргаритой» Булгакова.

Хотелось поделиться радостью, а тут матросик зашел, понимающий, выпросил журнал, клялся-обещался вернуть. Не вернул. Москвич! Москвичи, известное дело, нахальный народ.

Пришли старые друзья-скалолазы – Василий, Володька, Шурик (она), Витек-шеф – корабелы и Иван – курсант, последний курс командного училища им. Нахимова. Когда-то вместе ходили по крымским горам, вязали узлы, страховали друг друга, спускаясь дюльфером по крутым скалам.

Иван стал приезжать  к девочке в гости, статный, высокий, в курсантской форме, на набережной городка смотрелся на зависть подругам.  Однажды уговорил пойти в поход. Друзья, конечно, неожиданно отказались и остались они вдвоем. Рюкзаки, палатка, костер.

Большой Каньон в Крыму хорош  и зимой, и летом. Шумит вода, воздух прозрачный, плотное дерево долго горит в костре...

Он потом  долго  извинялся, но это было уже ни к чему.

Как? Ты... так долго... в Питере... одна... прости... я не думал…

Не думал он!

Дурак!

Пятому курсу, оказывается, страшно – ну как одному придется на север ехать?

Женимся?

Ну, женимся.

Женщина, у которой девочка снимала комнату в Симферополе во время экзаменов, сказала, глядя на ее руку:

Мужей будет два.

 Удивилась тогда: зачем два? Мне и одного хватит.

Не знаю, - отрезала та. – написано так.

Она была знакома с хиромантией и умела «читать» линии на руке. Доказательств правоты у нее было предостаточно.

 

Спустя год именно эти слова молнией промелькнули в голове: - если два, то пусть он будет.

Так и случилось.

То, что он – совсем не Он, стало ясно буквально через неделю. Но поехать в Североморск девочке  пришлось, потом к месту службы мужа, на новостроящийся корабль в Ленинград.

 

Виделись редко. Она одна ходила на Львиный снимать комнату для себя, он торчал на  корабле. На ноябрьские праздники корабль вышел в Неву и встал посреди города, большой, серый, могучий. Тогда-то и побывала девочка там один-единственный раз, посмотрела на его кубрик, сослуживцев, услышала странный вопрос, вызвавший улыбку товарищей:

-Ты где сейчас живешь?

... Ноги сами привели на улицу Маркина. К дому не подходила, боялась. Пришла в магазин, где всегда покупали бульонные кубики в металлической коробке и вареную колбасу. Он стоял у прилавка и пил томатный сок.

Словно  во сне говорили что-то, шли по улице, открыли дверь в знакомую квартиру, прошли по узкому коридору, минуя комнаты тоже весьма знакомых соседей и вошли в узкий пенал его комнатушки.

Что? Как ты?

      - Я замужем...

А...

 

Включил музыку и высыпал на стол значки. Хочешь, покажу Анжелу Дэвис?

Какой-то значок понадобился ей и ему одновременно, коснулись рук друг друга и все значки посыпались на пол.

Она вернулась домой и записала в дневник, привычка к которому стала неискоренимой:

«Вот и закончилась моя спокойная жизнь.»

Спокойная жизнь, действительно, закончилась.

Казалось, им опять по шестнадцать – прогулки по ночному городу, театры, концерты. Вместе с ним она полюбила Баха, слушая его в концертном зале Капеллы. Вместе они сидели в тех же залах библиотеки, ходили к его друзьям, отправлялись на рыбалку на какой-то остров и ночевали  в маленьком рыбацком домике.

Военный человек, доставив молодое пополнение морячков из Таллина, вернулся неожиданно, когда дома было пусто, а на столе лежала тетрадь с записью:

«Вот и закончилась моя спокойная жизнь. Я встретила Андрея.»

Вернувшись домой, она  увидела, что шампанское и цветы валяются на полу,  китель одним плечом зацепился за спинку стула и пьяный супруг на кровати, уткнувшись в стену, спит, не дождавшись встречи.

 

Первый зимний отпуск им надо было все-таки провести вместе, он был примерным сыном и совсем не хотел огорчать родителей.

Адмиральская семья, куда попала девочка, отдыхала всегда на широкую ногу: Пицунда, Гагры, Мухолатка…Молодой лейтенантской паре  адмирал подарил путевки на Кавказ и они  улетели в Минводы.

Терскол, Азау – дивные названия и волшебные места. Получив у инструктора горные лыжи и ботинки, все отправились на склон горы  тренироваться падать и спускаться с круч.

Общение в номере гостиницы било по нервам страшным диссонансом с окружающей красотой гор, белизной вершин и счастливыми лицами новообращенных горнолыжников.

Надо было выдержать две недели заслуженного отдыха, дышать разреженным воздухом и улыбаться в ответ на  вызывающие взгляды уверенных в себе мужчин в ярких спортивных костюмах, с неизменными лыжами на широких плечах.

Когда решение было принято, все как-то сразу встало на свои места. Стало легче дышать, разговаривать с людьми, пить кислое вино в маленькой харчевне со случайными попутчиками.

Дома ситуация нашла свое разрешение мгновенно.  Кто ее тогда надоумил, кто подсказал – беги! Сейчас, прямо сейчас, не жди ничего.

Платье, две кофты, юбка – чемодан был собран, осталось попрощаться.

- Я ухожу.

-  Что?..

Не думал он, что радость первого  отпуска, со свободой, встречами с друзьями, вином и бесшабашностью, так неожиданно прервется.

- Запомни, это не ты, это я тебя бросил! – вдруг истерично закричал он.

- Ты, ты, - устало сказала она и прикрыла дверь.

В Крыму темнеет рано. Дома уже зажгли свет, когда автобус подвез ее к набережной родного городка.

Мама молча смотрела на свою девочку, а папа обнял и сказал:- Ничего, доченька, все будет хорошо.

 

Она вспомнила Ленинград, город,  который словно играл с ней в жестокую игру – то приблизит, то оттолкнет.

Уезжая тогда из Ленинграда, она назначила Андрею свидание у Ростральных колонн в шесть часов вечера .

Но он не пришел. Может быть, он и стоял где-то поодаль, но прощания не вышло.

...

И только теперь,  лежа на узкой кровати в своей девичьей комнате, она заплакала.

 

У Ростральных колонн в шесть часов вечера он был спустя пятнадцать лет.

 

Продолжение, часть 3

 

Начало

авторизация
регистрация
напомнить пароль
Выберите псевдоним для этого сайта.
войдите или зарегистрируйтесь для добавления темы
Copyright (c) 1998-2018 Женский журнал NewWoman.ru
Rating@Mail.ru