Rambler's Top100 РАЗДЕЛ "СОВРЕМЕННАЯ ПРОЗА" В ЖЕНСКОМ ЖУРНАЛЕ "WWWoman" - http://www.newwoman.ru
 
15.03.04
МАРИНА КОРЕЦ (ДОНЕЦК, УКРАИНА)МАРИНА КОРЕЦ (ДОНЕЦК, УКРАИНА)
jasik@skif.net
Марина КОРЕЦ - собственный корреспондент московского "Труда" в Украине, в качестве женской писательницы она известна читателям "Труда в Украине" под псевдонимом Кати Михайловой, сейчас готовится к изданию сборник ее прозы.

ПРО ЖЕНЕЧКУ
РАССКАЗ


..

Ощущение утраты было столь горьким, а напоминающие об этом драконовские порядки с проверкой паспортов и обязательной регистрацией так унизительны, что реванш сахалинской подруги детства, сумевшей перебраться в Москву, был воспринят Машкой, как собственная победа. 

       С тех пор, как Женечка отвоевала в личное пользование маленький кусочек Москвы, Машка слегка отошла душой. Ведь именно этого — потери золотой сердцевины страны, («дорогая моя столица, золотая моя Москва!») она не могла простить новой власти. Они не виделись пятнадцать лет, с того самого дня, как Машка обняла подругу в сахалинском аэропорту, кинув в сумочку ее прощальный подарок — коробочку кофейных ложек, кокетливо подписанную фломастером — «самой прекрасной от самой прекрасной». Ах, как завидовали ей коллеги, ей, отправляющейся «на материк», что по тем временам звучало почти как в Париж! Но щедрые прогнозы не сбылись, новая жизнь хоть и выиграла в природном климате, но значительно потеряла в душевном. В уютном украинском городке Машкину семью никто не ждал, и она так и зависла в хорошо отлаженном организме друзей, кумовьев и сватов инородным  телом. А встреча с Женечкой была возвращением в юность, в счастливое, задушевное прошлое, в саму себя, потерянную, слегка обветшалую, но не разрушенную. За полчаса обмена информацией, сопровождавшегося легкими обоюдными повизгиваниями, целый кусок жизни, провалившийся в тартарары, как угол старого дома, был извлечен из тьмы, ловко реанимирован и тут же обжит и согрет.  И только Петечка, которого Машка помнила колясочным бутузом, а потом удивительно серьезным первоклассником,  напоминал о прошедших годах  броскими габаритами вполне созревшего, басовитого и колоритного мужика. 
       Увесистый кусок жизни, прошедший в разлуке, вместил в себя столько разномасштабных бурь, что итожить пришлось больше  минусов, чем  плюсов. Обе остались без мужей, обе привыкли надеяться лишь на себя, обе черпали радость в профессиях. Машка, сумевшая  дорасти до редактора заводской многотиражки, и, понимающая зыбкость своего родства с настоящей журналистикой, тем не менее гордилась причастностью к сословию «четвертой власти». Тем более, что и на ее скромном  профессиональном пути имелись непростые, делающие честь испытания — война с местечковой мафией и защита  простого люда. Знающая четыре языка Женька была куда более независимой в творчестве. Она работала гидом в туристической фирме, и каждый месяц моталась  в Париж, Вену и Венецию, которые для Машки оставались недосягаемой, почти фантастической экзотикой, вроде Луны и Марса. 
       Теперь, раз в год приезжая в Москву, чтобы всласть напиться из неистощимого колодца искусства, Машка прямиком устремлялась к подруге, не сомневаясь, что там ее ждет душевный прием, кулинарный сюрприз и минуты ни с чем не сравнимого, головокружительного душевного экстаза. Впрочем, случались и срывы. Пользоваться неистощимым гостеприимством Женечки любили многие — бывшие одноклассницы, навсегда застрявшие на Сахалине, дальние родственники, разбросанные на просторах бывшего союза, друзья сына из Воронежа и просто знакомые знакомых, не знающие, где приткнуться в равнодушно-суетной столице. Безграничная доброта подруги юности в глубине души вызывала протест у Машки, тоже человека способного к состраданию, но знающего в этом меру. А может, это было не раздражение, а обычная ревность, какую испытывают братья и сестры друг к другу, одинаково обласканные слишком хорошей мамой. Или даже постыдный эгоизм, заставляющий растопыривать локти у вкусной кормушки. Так или иначе, но в один из стылых октябрьских деньков на пороге своего пятидесятилетия Машка снова упала на голову Женьке, выкроив в своем временном пространстве целых четыре дня для московских каникул. 
       Принятая с неизменной сердечностью, она долго плескалась в ванной, с наслаждением вдыхая запах французских шампуней, а потом, закутавшись в пушистое полотенце, смаковала парижский брют, привезенный подругой к новому году, но пожертвованный ради встречи. И, наконец, отведав еще какой-то итальянской фигни, блаженно растянулась на  тахте, вытеснив хозяйку на жесткое кресло-кровать и заставив рассказывать о своих заграничных впечатлениях.
       — Евгеша, а Рим красивый?
       — Рим величественный. Он древний, побитый веками. Как дорогая, но давно не ремонтированная квартира. Но если его подкрасить, подправить, он потеряет свое очарование. 
       — А Венеция правда пахнет болотом?
       — Она доживает последние годы, и это безумно грустно. Венеция —  земная, реальная сказка, и я там чувствую себя ребенком. Недавно звонила Диане, нашему тамошнему гиду, спрашиваю, как дела. А она кричит — ужас, опять наводнение! Ходим в сапогах и по мосточкам. У них есть специальные переносные мосточки, которые расставляют по городу, когда прибывает вода. 
       — А что ты любишь делать в Париже?
       — Пить кофе на Монмартре, ходить в Лувр и музеи, выбирать духи в магазинчиках. А еще сидеть в парке, любоваться на лебедей и уток. Знаешь, в последнюю поездку я  познакомилась там с иммигранткой — московской художницей Наташей. Такой худенькой, одинокой и потерянной, что, попрощавшись,  долго чувствовала спиной тоскливый укор ее глаз. 
       — Не понимаю, — ревниво заерзала  Машка, — зачем таланту иммиграция? Писать шедевры можно где угодно — в Москве, в Сибири, в селе, ведь это отражение не окружающего, а внутреннего мира. 
       — Наверное, ты права, — согласилась Женечка, — но ей хотелось в Париж. 
       Она просто катастрофически не могла никого осуждать,  неисправимая филантропка, прирожденная адвокатша, мать Тереза. 
       Маша и Женя  познакомились в год окончания школы. Наивные, перепуганные зубрилки, две пай девочки, (по две четверки в аттестате), свято верившие в справедливость, чистую любовь и светлое будущее. За окном университетской общаги, куда их, желторотую абитуру, любезно поселили, как иногородних, бушевало роскошное лето. В тенистом парке напротив томно играл оркестр, и было видно из окна, как за чугунную решетку дверей ныряли счастливицы в мини юбках. А они, упорно сдувая с глаз челки, честно штудировали билеты, стараясь не замечать головокружительного флера,  повисшего в воздухе,  зовущего легкомысленно задрать хвост и понестись навстречу приключениям. Впрочем, неразумная Машка все же сошла с дистанции, за что тут же была наказана, срезавшись на первом экзамене. А Женечка мужественно устояла перед соблазнами, но фортуна вероломно показала ей фигу, оставив за рамками конкурса. Так неудавшиеся студентки очутились опять на острове, где успели проскочить в местный пединститут, и больше не расставались, пока у Машки вконец не съехала крыша, и она не поскакала  по стране, меняя мужей и профессии. 
       Им было по  двадцать пять, потрепанная страстями Маша вернулась на Сахалин после трех лет отсутствия, с месячной малышкой на руках, и с удивленьем узнала, что  Жениному Петечке уже  полгода. Они встретились, будто расстались вчера, и, радуясь, что совпали декретные, зачастили на совместные прогулки в парк, укладывая малышей в одну коляску, где те послушно дремали, не мешая матерям откровенничать. 
       О чем они тогда говорили, что волновало их пылкие, восторженные сердца? О друзьях, о детях, но больше всего о мужьях. Машка жаловалась на своего художника, застрявшего в Воркуте и не шлющего ни денег, ни писем, а Женечка сокрушалась по поводу своего инженера, растрачивающего жизнь и себя на бесконечные дружеские услуги. 
       — Представляешь, дома штукатурка сыпется на голову, а он кафель приятелю кладет, — грустила она, пряча карие глаза за длинными ресницами. А Машка с убогой комсомольской патетикой обвиняла ее в мещанстве и убеждала, что Женя прав. (Они были оба Жени и даже смахивали друг на друга внешне, как брат и сестра). Женечка прислушивалась, ужасалась собственному эгоизму и продолжала терпеть неудобства во имя чужого комфорта. Она несла  тяжкий крест замужества еще очень долго: ухаживала за смертельно больной свекровью, пока муж торчал у друзей, терпела набеги гостей с разбойничьим опустошением холодильника, и собственными скромными силами ремонтировала квартиру. И  только когда муж вконец рассобачился, увлекшись выпивкой, проявила железный характер, добилась развода и разменяла квартиру. Но устроить заново личную жизнь помешали родители. Вначале долго и мучительно умирал от рака отец, потом пришлось нянчить маму. И лишь когда Женя осталась одна, к ней кинулись с соболезнованием  родственники и знакомые. Их большая часть хоть раз да воспользовалась ее бескорыстностью, отплатив традиционно  черной монетой. Кто-то взял взаймы без отдачи солидную сумму,  кто-то сумел выплакать безвозмездную материальную помощь, а кое-кто погостил, да исчезнул со взятыми «напрокат» нарядами. Но Женечка не ощетинилась. И каждый свой отпуск продолжала ездить в украинский городок, где жили родственники по отцу, чтобы вывезти их к реке в деревню, откормить сметаной, молоком и салом, а потом доставить обратно, отдохнувших и приодетых. 
       У Машки и поныне не укладывается в голове, как это тщедушное, так и не выросшее из детской доверчивости существо, сумело без посторонней помощи и всякого блата приобрести в Москве квартиру и  работу. Окна Женечкиной малогабаритки выходят на искусственный канал, соединенный с Москва-рекой. В воде отражаются облака и деревья, островками сгоревшего лета плавают желтые листья, а вечерами черные воды сверкают сотнями разнокалиберных огней. 
       — Это моя Венеция, — шепотом говорит  Женечка, и Машка в который раз удивляется ее способности радоваться малому. 
       — Одна хорошая девушка меня недавно спросила, — говорит она, — сбылись ли мои мечты? 
       — И что?— оживляется Женечка, — Что ты ответила?
       — Ужас,  я забыла, о чем мечтала!
       — Сейчас напомню, — утешает Женечка. — Мы обе мечтали состояться профессионально. Состоялись? В некоторой степени да. Мечтали встретить единственного и неповторимого. 
       — В этом полный пролет! — вздыхает Машка. 
       — Не полный, — поправляет подруга – оптимистка. — Дети же имеются? Имеются, вот и на этом спасибо. Идем дальше — мечтали жить в большом красивом городе. И вот пожалуйста —  пьем в Москве французское шампанское!
       — Ты умеешь, — канючит Машка, — умеешь быть счастливой. А что делать мне, если я потеряла вкус к жизни и ничего не хочу? Я даже в Москву приезжаю уже не по зову души, а как бы для галочки. Собиралась вот по театрам ходить, а сама завалилась к тебе на кровать и вставать не хочется. Я  разучилась мечтать! Я ни во что не верю — ни в родину, ни в Бога, ни в справедливость!
       — Ты просто устала, Машуня, — сочувствует Женечка. — Ложись поудобней. Хочешь я принесу тебе римского чая, такой ароматный, душистый, и настроение поднимает!
       Как бесконечно много потеряла бы Машка, не отправься после школы поступать во Владивосток, не попади в одну комнату с Женечкой, не сорвись по легкомыслию на первом же экзамене. Их дружба, как вросшее в палец колечко — настолько привычна, что незаметна, но в любой момент можно потрогать, поднести к глазам и порадоваться. 
       — А когда ты снова в Париж?— капризно спрашивает Машка. 
       — На новый год, — отвечает Женечка. — В Париже в новогоднюю ночь +10. Мы с туристами гуляем по Елисейским полям, разливаем по пластиковым стаканчикам вино и смотрим, как молодые арабы целуют в щечку всех встречных женщин, крича «Bonne Annee!» 
       — И я хочу! — ноет Машка. — Хочу поехать с тобой! Но где взять деньги? На заводе так мало платят… 
       — Это будет твоя мечта, — успокаивает Женя. — А деньги надо откладывать. 
       Она видит, как расплываются в ободряющей улыбке пухлые губы Женечки, но не слышит, что она говорит. Потому, что ее обуревает приступ жгучей нежности к подруге. 
       — Господи, пошли ей настоящую любовь, подари защитника и друга, отблагодари под занавес полноценных лет  полновесным, красивым чувством! — Машка обращается к богу, — Это будет правильно, господи, это будет заслуженно...
       И словно в ответ на эту мольбу раздается дверной звонок. 
       — Петя, открой, — кричит Женечка и виновато предполагает, — наверное, нагрянули  гости…
       Да не расстраивайся, поместимся как-нибудь.
        Петя идет открывать.  На плетеном половичке в коридоре лежит пять заплаканных роз. Крайние лепестки бордовые, сердцевинка светлее. 
       — Мам, колись, кто поклонник? — весело пытает сын. 
       — Это кто-то ошибся, — сокрушается Женечка. — Ну надо же, манна небесная!
       И только Машка молчит, преисполненная священной благодарности к всевышнему. 
       Вечером гостеприимная Женечка ловко лепит сибирские пельмени. Роскошные розы стоят на столе, делая жизнь прекрасной. Машка, лениво расквасившись на стуле, вспоминает старых друзей, застрявших на Сахалине. Петечка хлопает дверью: «Ма, я - погулять». И едва он уходит из дома, начинает звонить телефон. 
       — Возьми, — просит Женечка Машку,— у меня же руки в муке. 
       В Машкином ухе английскими звуками переливается красивый баритон.
       — Ожания?— вылавливает она в потоке слов единственно знакомое. 
       — Сейчас, сейчас, — лопочет она растеряно, — Женя сейчас подойдет. 
       Ах, как легко и красиво изъясняется ее подруга на иноземном наречии! Как розовеют ее щеки и густеют карие глаза! 
       — Чудеса! — хохочет она, опустив на рычаг трубку. Это Джон, метртодотель из гостиницы, где мы обычно останавливаемся. — В прошлый раз он прислал мне в номер бутылку шампанского, и эти розы, оказывается, от него. Мне этого только не хватало!
       Хватает или не хватает подруге кавалера, пусть решает сама. А вот мужское внимание никогда не бывает лишним. И, окрыленная своей причастностью к чуду, Машка засучивает рукава и тоже берется за тесто, вдвоем-то лепить быстрее. 

Марина КОРЕЦ

НАПИСАТЬ АВТОРУ: jasik@skif.net

Опубликовано в женском журнале WWWoman - http://www.newwoman.ru  15 МАРТА 2004 года


ВСЕ ПУБЛИКАЦИИИ МАРИНЫ КОРЕЦ в журнале WWWoman: 
  Рассказы:
  • Мираж
  • Про Женечку
  • Чему быть? Чего не миновать?
  • Спроси у дольмена
  • Предсказание. Рассказ
  • Мать крутого. Рассказ
  • Любимая женщина бывшего босса. Рассказ
    Публикации Марины Корец в журнале "Наброски":

  • Человек в очках
    Шаровая молния
    Кровать на троих
    Специалист по перетяжке
    Дама и массажист
    Девушки и город
    При тайном свете Мандельштама
    И где-то заплакал щенок...
    и.другие...

    "Наброски" - home.skif.net/~nabroski - увлекательное женское чтение о любви
    (редактор интернет-журнала и автор проекта "Наброски" - Татьяна Заровная, соредактор - Марина Корец)


    ДАЛЕЕ

    НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ ЖЕНСКОГО ЖУРНАЛА WWWoman

    НА ГЛАВНУЮ

     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    МЕЖДУНАРОДНЫЙ 
    ЖЕНСКИЙ ОЛАЙН КЛУБ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    РАИСА КРАПП (ГЕРМАНИЯ)
    ВОПЛОЩЕНИЕ ЛИЛИТ. 
    ЦИКЛ РАССКАЗОВ 
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    ЕЛЕНА ШЕРМАН
    (ЛЬВОВ, УКРАИНА) 
    ПРЕСТУПЛЕНИЕ БЕЗ НАКАЗАНИЯ. ЮМОРИСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ 
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    ТАНГО С ПСИХОЛОГОМ. Л.БЕРЛОВСКА (США)
    МОИ НЕЖНЫЕ ДРУЗЬЯ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    ИСТОРИИ ЛЮБВИ И ВЛЮБЛЕННОСТЕЙ
    АНАСТАСИЯ КОНОВАЛЕНКО:
    ЛЮБИТЕ !
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    КЛУБ ОДИНОЧЕСТВА. 
    НАТАША ЖЕНИНА:
    ПОПЫТКА СКАЗАТЬ ЧТО-ТО - 
    НЕ ТОЛЬКО СЕБЕ САМОЙ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    КОНКУРС КРАСОТЫ МИСС ФЕВРАЛЬ-2004
    ИТОГИ НАРОДНОГО ГОЛОСОВАНИЯ !
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    12 ДОБРЫХ ПРЕДСКАЗАНИЙ
    НА ТЕКУЩУЮ НЕДЕЛЮ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    НАТАЛИЯ АЛЕКСЕЕВА 
    (МОСКВА)
    ПРИВЫЧКА ВЫИГРЫВАТЬ. ИРОНИЧЕСКИЙ РАССКАЗ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    СЛУЖБА ДОВЕРИЯ. 
    ЭММА (РОССИЯ):
    ТЕПЕРЬ Я ОКАЗАЛАСЬ НА МЕСТЕ ЕГО ЖЕНЫ
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    МИЛЛА СИНИЯРВИ (ФИНЛЯНДИЯ) 
    ШАПКА ЧЕТЫРЕХ ВЕТРОВ. РАССКАЗ
     
     
     
     
     
     
     
     
     


    КОНКУРС КРАСОТЫ МИСС МАРТ-2004



    НА ГЛАВНУЮ

     РАЗДЕЛ "СОВРЕМЕННАЯ ПРОЗА"
     
    .
    ДРУГИЕ РАЗДЕЛЫ ЖЕНСКОГО ЖУРНАЛА WWWoman:..........................
    .
     Архив номеров
    ЖЕНСКИЙ КЛУБ
     КОНКУРС КРАСОТЫ RUSSIAN GIRL
    .
     О проекте
     Галерея красавчиков
     МОДА
     СЛУЖБА ДОВЕРИЯ
    .
     СЕКРЕТЫ СЕКСАПИЛЬНОСТИ ПРАЗДНИКИ
     Галерея красивых мужчин
     СЛУЖБА ДОВЕРИЯ
    .
     ИСТОРИИ ЛЮБВИ ИСТОРИИ ЛЮБВИ
     СЕМЬЯ, ДОМ, ДОСУГ
     Есть женщины...
     Танго с психологом
     ЖЕНСКОЕ ОДИНОЧЕСТВО
    .
     Девочкам-подросткам
     ЭРОГЕННЫЕ ЗОНЫ ИНЕТА. ЭРОТИКА ЭРОГЕННЫЕ ЗОНЫ ИНЕТА. ЭРОТИКА
     ИГРЫ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ
     Избранная
    поэзия
    .
    КРАСОТА
     Интимный дневник
     Избранные анекдоты
     ЛЕТОПИСЬ ЖЕНСКОГО ИНТЕРНЕТА



    Rating@Mail.ru

    Реклама в женском журнале "WWWoman" - http://www.newwoman.ru - рекламный макет

    ПЕРЕПЕЧАТКА И ЛЮБОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАТЕРИАЛОВ ЖУРНАЛА ЗАПРЕЩЕНЫ!