Rambler's Top100
ЗАПИСКИ С ТОГО БЕРЕГА

Выпуск второй

"П. П."
 Мы встретились в Американском посольстве в Москве. С двух до четырех часов дня можно прийти туда и разузнать, готовы ли твои документы на визу невесты, а заодно захватить кучу бумажек с анкетами и информацией. Народу, обычно, толчется множество. Тут тебе и американцы с вопросами по усыновлению и наши, родные, чуть встревоженные лица, узнаваемые без единого произнесенного слова. Мы сразу потянулись друг к другу, почувствовав схожие ситуации и одинаковые проблемы. Я назову ее Ниной, так как настоящего своего имени она попросила не указывать.

 Получив необходимую информацию и взяв анкеты, мы решили поболтать о жизни и проехали на "букашке" ("Б" - маршрут московского тролейбуса) до театра "Моссовета", рядом с которым есть чудесный скверик со скамейками и малочисленными сидельцами в дневные часы. Первый восторг и удивление вызвала новость о местожительстве наших "женихов". Оба жили в одном городе. Ура! Значит мы будем уже вдвоем! Уже не так страшно.

 Удобно устроившись на свободной скамейке, Нинуля начала свой рассказ.

 Ее нынешнее положение "невесты" американца уходило своими корнями в 1992 год. Однажды, прочитав объявление в АиФе (Аргументы и Факты - популярная газета) об агентстве, помогающем девушкам выйти замуж за американцев, Ниночка со своей подругой решили, шутки ради, настрочить письмецо. Подружка была замужем, а Нина - три года как разведена.
 Терять ей было нечего, а в очередное "приобретение" в виде заграничного мужа как-то не верилось. К слову сказать, в те времена денег с девушек не брали, и ни на какие показушные вечера не звали. Видимо, бизнес еще не набрал те ошеломляющие обороты,  и не было в наличии пошлых смотрин, кои мы видим сейчас. Все только начиналось и было вполне прилично и целомудрено.

 Написав по-английски письмо, вложив свою и сынишкину фотографии, Нина и думать об этом забыла. Посмеялись, да и ладно. Надо делами заниматься. Времена были тяжелые, знай успевай поворачиваться, да деньги зарабатывать, да по магазинам рыскать, да талоны отоваривать, так что про американских женихов враз забыто было.

 Полгода спустя, как гром среди ясного неба, получает Нина первое письмо. Сработало! Уж не знала она как, но сработало! То-то шума было в доме! "Жених" просил прислать факс с ее домашним телефоном в предвери своего визита в Россию. Нина составила факс, отправила его с Центрального телеграфа, что на Тверской, и принялась терпеливо ожидать вестей. Через месяц раздался долгожданный звонок. Мужской голос назвался Джерри и попросил ее приехать в мотель "Солнечный" в восемь часов утра на следующий день. Он будет ждать Нину в фойе, но на всякий случай надо записать номер его гостиничного телефона. Договорились, что Нина будет держать в руках красный цветок. Уж это наверняка не позволит спутать ее с другой девушкой!

 И вот, разодетая в пух и прах, с красной гвоздикой в руках, в половине седьмого утра, Нина поехала в мотель, который находился в полутора часах езды, на окраине Москвы, где-то рядом с кольцевой дорогой. Войдя в мотель, никакого Джерри в фойе она не увидела, а встретила удивленно-насмешливые взгляды служителей и охраны. Представьте себе, что может делать в мотеле, где селятся иностранцы, нарядно одетая и намарафеченная по полной программе молодая женщина в восемь часов утра с красным цветком в руках Картина достойная пера сатирика. Нина была настроена решительно и отсутствие Джерри ее не смутило. Выбросив злощастную гвоздику в урну, она не мешкая подошла к стойке портье и попросила разрешения позвонить. Что удивительно, ни одного вопроса ей не задали, а пододвинув услужливо аппарат, позволили говорить.

 Джерри быстро поднял трубку и предложил Нине подняться в номер. Но услышал категоричное - нет! Если Джерри не желает встречаться внизу, то уж она не намерена подниматься к нему в номер! Подумав немного, он согласился спуститься.

Она окидывала взглядом каждого проходящего мимо мужчину, и вдруг сообразила, что со злости выбросила свою красную отметину. Пришлось, скрепя зубами, лезть в урну на глазах у всей гостиничной братии! Настроение было испорчено вконец. Но ничего не поделаешь, время шло и народу в фойе заметно прибавилось, а Джерри мог не узнать ее без заветного красного цветка.

Прождав минут тридцать, Нина решила оставить эту затею и, развернувшись, пошла по направлению к выходу. Неожиданно кто-то похлопал ее по плечу и, звучно захохотав, окликнул по имени. Она обернулась и с недоумением уставилась на нечто в ядовито-оранжевой мятой майке, едва прикрывающей необъятное пузо. Скользнув взглядом по всей фигуре незнакомца, она отметила небритую физиономию, тройной подбородок, свисавший на грудь, грязно-синего цвета тренировочные штаны с отвисшими коленками и, наконец, картину дополнили
полуразвалившиеся кроссовки.

 - Привет, малышка! - пророкотало нечто. - Я - Джерри! Как поживаешь?
 - Замечательно, - ответила Нина с нарастающим чувством раздражения.
 Она хотела побыстрее избавится от общества столь несимпатичного ей человека и поэтому решила говорить с ним довольно холодно и официально. Но Джерри, казалось, не замечал ее недовольства и равнодушного вида.
 - Почему вы заставили меня ждать так долго? - спросила Нина, делая шаг назад по направлению к двери.
Улыбнувшись, как ни в чем ни бывало, Джерри простодушно ответил:
 - А я хотел тебе понравиться и не знал какого цвета надеть майку!

 От неожиданности у Ниночки брови полезли на лоб.  Интересно, подумала она, как же он выгдядит, когда не хочет кому-либо понравится. Это осталось для нее загадкой.  Джерри отрекомендовался голливудским продюссером и торжественно вручил Нине визитку, уже изрядно измятую и чем-то заляпанную. Оказалось, что он проездом в Москве и направляется в Ригу и поэтому желает проехать в контору Интуриста для выяснения каких-то там дорожных вопросов. А Нина нужна ему в роли проводника и переводчика. Она стояла, оторопев от полученной информации. Никакая она не потенциальная "невеста"! И ее лишь хотят использовать как дешевую рабочую силу! Ведь можно же было заказать переводчика в соответствующих местах, правда и платить за это пришлось бы соответственно.

 Жирный боров - был ее окончательный приговор! Она стояла и медленно соображала что же ей делать? Гордо развернуться и уйти? Или подработать на зимнюю одежду для сынишки?
 Практичные соображения матери-одиночки победили в ней все остальные чувства, включая явную брезгливость к американской хрюшке. Они договорились на пять долларов в час.
 - Мы поедем на общественном траспорте,- поспешно заявил Джерри. - Такси - дорого!
 Ниночка с ужасом подумала о своих ногах, уже порядком уставших от часового стояния в холле мотеля, на которые были надеты туфли на каблуках. Она вс¬-таки рассчитывала на такси, согласившись переводить для Джерри. Но, как говорится, назвался груздем - полезай в кузов.

 Всю дорогу пришлось оплачивать Нине, у Джерри не было рублей. Он извинился и сказал, что прибавит потраченные на него деньги к оплате за работу.

 Потратив на экскурсию по Москве, с заездом в Коломенское и Интурист восемь часов Нина, вконец измученная и уставшая, приготовилась получать заработанные сорок долларов. Но боров был жаден и дал ей лишь двадцать. Спорить с ним не было сил. "Так мне и надо, - бичевала себя она. - Ишь, раскатала губы! Американца в мужья ей подавай! Красивой жизни захотелось!
 Вот и получила по заслугам!", - ругала себя Нина. "Это первый и последний американец в моей жизни", - твердо решила она.

 А письма из Америки потекли к ней рекой.

 Нина аккуратно складывала их, даже не распечатав. Однажды пришла посылка, в которой она обнаружила одноразовый фотоаппарат "Кодак" и фривольный купальник. Отправитель просил ее прислать фотографии в бикини. Нина потратила пленку на сынишку, а купальник закинула подальше, уж больно открыт и нескромен был он для нее.

Прошло два года. На дворе стоял апрель 1995 года.....

"Прошло два года. На дворе стоял апрель 1995 года. Писем из Америки Нина не получала уже год, замуж так и не вышла, вполне привыкнув к жизни без мужчины. Работа у нее была неплохая, на хлеб хватало, "а в масле слишком много холестерина", - любила подшучивать она. Забот и хлопот хватало по горло. Сын в сентябре должен идти в первый класс. Все силы тратились на сборы ребенка в школу, а это, согласитесь, не так уж и просто.

Неожиданно пришла по почте открытка с приглашением встретиться с американцем. Был указан московский телефон и названо имя "жениха". Заглянув в архив, Нина вскоре нашла письмо с тем же именем. Оно было датировано двухлетней давностью. Распечатав конверт, она обнаружила фотографию хорошо сохранившегося пожилого мужчины на фоне великолепных интерьеров.

До сих пор Нина не может понять, что же толкнуло ее на эту встречу? Может быть, подсознательный страх, ведь ей было уже 30 лет, и шансов выйти замуж становилось все меньше и меньше, а может быть ее жизнь была уж слишком застоявшейся, размеренной и скучной. Как бы то ни было, она решила попытать судьбу ещё раз.

Они встретились у памятника Пушкину. Лео произвел на нее очень хорошее впечатление. Он был мил, опрятен, разговорчив. Задавал много вопросов, интересовался ее жизнью, рассказывал о себе. Ему было 58 лет, по профессии - инженер. Два раза был женат и оба раза неудачно. От первого брака есть две взрослые дочери Ниночкиного возраста, а одна из дочерей подарила ему двух очаровательных внучек. Затем было еще несколько встреч. Вечер в ресторане, прогулки по Москве. И все это время Лео был добр и предупредителен. Вскоре он сделал предложение. Нина, решив, что терять ей все равно нечего - согласилась.

После отъезда из России, Лео звонил Ниночке каждую субботу. Пока он готовил визу невесты, по его рекомендации Нина ушла с работы. Лео помогал ей материально. Следуя его совету, она закончила водительские курсы и получила права. Все шло как по маслу.

Вот в это самое "масляное" время нас и свели общие выездные хлопоты. Проболтав на скамейке три часа, мы обменялись адресами и телефонами "женихов", и решили не терять связи друг с другом до отъезда в Америку. У меня были проблемы, но Ниночке везло невероятно. Она очень быстро получила визы на себя и сына. Вскоре они улетели в Америку, и наши отношения прервались на несколько месяцев.

После своего приезда в США я позвонила Нине. Мы стали болтать по телефону ежедневно. Однажды она попросила выслушать ее, не комментируя сложившуюся ситуацию, сразу предупредив, что отдает себе отчет во всем и принимает жизнь такою, какой она собственно и есть, без особых прикрас.

То что никакой любви между нею и Лео не было - не секрет. Приехав к нему, она оказалась в полнейшей зависимости. Без официального статуса, без права на работу, с английским, который лишь в России можно было назвать хорошим, а здесь вообще никуда не годящимся, с ребенком на руках. Деваться ей было некуда. Лео оказался порядочным и женился на ней через месяц, но прежде предложил ей подписать брачный контракт. Выяснилось, что он человек состоятельный и, обчищенный предыдущими женами, не желает в случае развода делиться своими сбережениями. Из этого "соглашения" следовало, что Нина не претендует при расторжении брака на положенные ей по законам штата проценты от состояния и имущества мужа.

При подписании контракта Ниночкин адвокат очень сочувственно смотрел на нее и приводил пример Лиз Тейлор. Лиз, мол, тоже с последним мужем контракт заключала… Свадьбы, как таковой, не было. Заехали в полвосьмого вечера к какому-то дядьке, и за десять минут все и произошло. Оказывается, этот дядька был наделен полномочиями расписывать брачующихся у себя на дому. Быстро и дешево. Ни свадебного платья, ни гостей не было. Лео объяснил ей, что у него это третий брак, а у нее - второй, и нет особой необходимости афишировать.

Вскоре Нина вызвала Лео на откровенный разговор и задала давно интересующий ее вопрос. А почему, собственно, жена из России? Почему не из других стран, почему, наконец, не американка? Ответ был обоснован газетными вырезками со статьями, повествующими о полном отсутствии феминизма в России, более того - психологическом анализе российской женщины как наилучшего объекта для заключения брака. Она, мол (женщина из России), никогда и не помышляет о разводе, рачительная, экономная хозяйка, предпочитает всю домашнюю работу делать своими руками, благоговеет перед мужем, уважая его авторитет, и бесприкословно подчиняясь его воле! Более того, мечтой всей ее жизни является образ мужа-"хозяина".

Выслушав мужа и прочитав все газетные вырезки, Нина довольно скептически отнеслась к полученной информации. Возможно, в России и есть подобный тип "курицы", но во-первых, она таковых не встречала, а во-вторых, сама Ниночка была закаленной жизнью одиночкой. Она не называла себя феминисткой, но на своем горьком опыте пришла к выводу, что с ее характером и мировоззрением жизнь без мужа хороша, а при наличии денег - просто восхитительна. Тебе не надо: притворяться,  смотря на него широко распахнутыми от удивления глазами, ворковать целыми днями о его исключительности, стирать бесконечные носки-трусы, быть готовой в любую минуту со страстью и охотой отдаться по первому его желанию, превращаясь после окончания акта в услужливую повариху и официантку в одном лице. Словом, Нина  отдавала дань мужчинам, признавая за ними большее количество "головастых", обожала и умела с ними дружить, но на более близкие отношения принципиально не шла, твердо уверенная, что как только мужчина заберется в твою постель - жди беды.

И вот теперь, оказавшись по воле случая и по своей "охоте к перемене мест" в роли жены, она глубоко задумалась над сложившейся ситуацией. По началу она постоянно бунтовала против требований Лео. А он желал быть "хозяином" и настоятельно рекомендовал Нине бесприкословно выполнять его бытовые чудачества. Она сравнивала его со сварливой свекровью. Например, он любил, чтобы все кастрюли стояли строго на указанном им месте. Это касалось всего кухонного инвентаря. И если, не дай Бог, Нина что-то перемещала, за этим следовала безотлагательная отповедь, и вещь водворялась на строго предназначенное ей место. Пытаясь быть демократичным, Лео исспрашивал формального совета при выборе им покупок или развешивании картин, но мнение жены никогда не учитывалось.

Он все делал только так, как он хотел, желая лишь бурного изъявления восторга со стороны супруги. Даже одежду он покупал ей сам, уверенный, что его вкус - последняя инстанция. Нина пробовала устраивать истерики, но успеха это не возымело. Лео лишь недоуменно спрашивал ее: "А в чем, собственно, дело? Чего ей не хватает?" И ни одного слова утешения или поддрежки, ни одного шага навстречу, чтобы понять ее. Затем Нина пыталась объявить голодовку в защиту своих прав, но муж отнесся к этому настолько равнодушно, что самолюбие ее было задето. Плюнув на все, она решила не тратить здоровье, а найти удовольствие в такой жизни. Ведь ее сынок был так счастлив в Америке. Он ходил в школу, его успехи в изучении английского языка были поразительны! Учителя хвалили его за старательность и быстрое усвоение материала. Он занимался плаванием и футболом, у него появилось множество друзей, и, глядя на  довольное личико своего Андрюшки, Нина давала себе отчет в том, что в России она никогда бы не смогла дать сыну того, что он имеет тут, в Америке. Надо отдать должное Лео, он нашел лучших врачей для нее и Андрюши.

Как только Ниночка перестала "брыкаться",  и стала стараться следовать желаниям  супруга, жизнь в семье стала спокойной и размеренной. Лео подобрел и, видимо, найдя в ней женщину своей мечты - успокоился. Вот так они и живут, без любви, но с комфортом и покоем. Андрюшка ходит в одну из лучших школ города, у них чудесный новый дом, у каждого своя машина, отличная медицинская страховка. Недавно мама приезжала в гости, а сейчас Лео хочет пригласить для Ниночки подружку из России, что бы та могла посмотреть Америку.  Скажите, а что еще женщине надо?  В конце разговора Нина иронично спросила меня:

    - Знаешь, как я себя называю?

Я поинтересовалась:

    - Как же, Ниночка?
    - П. П.
    - То есть?! - с недоумением переспросила я.

 Она усмехнулась и сказала:

    - Приспособившаяся Проститутка!
    - Нин, что за глупости у тебя в голове? - с уверенностью отпарировала я.
    - Я не собираюсь тебя переубеждать, но посуди сама, как можно назвать женщину, которая живет с мужем, затянув себя в корсет его идеала, играя в игру по его правилам , получая при этом жизненные блага для себя и своих близких? Если у тебя есть определение такой модели жизни - назови мне его."

Инна Колобова (USA)

Специально для "WWWoman"

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Другие публикации рубрики "Замуж за рубеж":
Инна Колобова (Dallas)
Записки с того берега

Марина Жерез 
Мой муж - француз
Извините за тон письма... 
Отклики: Елена: "Моя подруга из Европы..."

Татьяна Четверухина
Мой муж - американец.

Лариса Кузнецова
Наша жизнь в Америке.....

Катерина
В защиту иностранных женихов
За что воюют феминистки.

Natalia Karpan Lieknins
Капли датского короля для русских невест, ч I
Капли датского короля для русских невест, ч II

Елена Петрова/Соломон
Одиночество в 29

Ирина Ван Ден Брук (Нидерланды)
Однажды я решила все изменить...

Copyright © WWWoman 1998 -1999-2000

Вернуться в журналWWWoman

 

Rating@Mail.ru